| 10-летие антарктической экспедиции | 14.02.2010 23:57 |
 В нынешнем году мы отметили 10-летие удивительно интересной международной антарктической экспедиции, которая посвящалась началу Нового тысячелетия и 2000-летию Христианства.
Мы поставили перед собой, практически, нереальную задачу - организовать полет в Антарктиду тяжелого российского транспортного самолета Ил-76, посадить его на ледник в районе горного массива Патриот Хиллс, организовать прыжки парашютистов и первые подъемы воздушных шаров в Антарктиде, совершить переход на вездеходах к Южному полюсу и многое что еще.
Маршрут полета был тоже необычный. Мы летели по миру, будто маршрутное такси, и собирали на борт наших единомышленников - баллонистов, парашютистов, туристов, журналистов, операторов: Москва - Минск - Мадрид - острова Зеленого Мыса - Тенерифе - Пунта-Аренас.
Условия участия в экспедиции были предельно откровенные. Нужно было набрать сумму, которой должно было хватить на оплату самолета, изготовление вездеходов, закупку снаряжения, продовольствия, оплату проживания экипажа, пока мы будем в Антарктиде и другие "непредвиденные" мелочи. Получилось в среднем по 19 тысяч зеленых "рублей" на брата. Навалились всем миром и собрали. 76 "пассажиров" из 18 стран + экипаж 12 человек.
У нас все получилось!
Спустя 10 лет хочется еще раз сказать огромное спасибо всем, кто нам помогал, кто нам верил и тем, кто там, в Антарктиде, выкладывался на все 100, чтобы о нашей экспедиции не стыдно было рассказывать детям и внукам.
"КАК "АРКТИКА" ВСТРЕЧАЛА НОВЫЙ 2000-й В АНТАРКТИДЕ"
 На исходе 2009 года в небольшом московском ресторанчике собрались удивительные люди, которых ровно десять лет назад судьба свела в одну команду. Тогда они поставили перед собой задачу уникальную по своему замыслу, крайне непростую по своей организации и, как сейчас принято говорить, экстремальную по своей сложности, степени новизны, и конечно уровню риска.
Десять лет назад весь мир ждал прихода нового тысячелетия. Даже за стенами древнего Кремля по Указу Президента Российской Федерации № 1468 от 4.12.1998 года был создан «Российский организационный Комитет по подготовке к встрече третьего тысячелетия и празднованию 2000-летия Христианства». Упускать возможность сделать что-то красивое и запоминающееся по случаю нового тысячелетия не хотелось и нам, полярным путешественникам из Экспедиционного Центра «Арктика» Русского Географического общества. Идеи одна заманчивее другой рождались на удивление легко, но к началу лета 1999 года была принята главная – провести международную воздушную антарктическую экспедицию, основной целью которой было бы выполнение парашютных прыжков в составе международной команды спортсменов-парашютистов в точку Южного полюса и проведение на полюсе международной акции, посвященной новому тысячелетию.
За проработку проекта взялись с энтузиазмом, сравнимым разве что с энтузиазмом героев первых пятилеток, в середине 50-х годов строивших в нашей стране светлое будущее. Опытнейший российский парашютист Евгений Бакалов, тогда Вице-президент ЭЦ «Арктика», вместе с нашими друзьями и коллегами по парашютному спорту Дмитрием Глаголевым и Валерием Белоусовым, организовавшие к этому времени уже не одну парашютную экспедицию на Северный полюс, взяли в свои руки детальную проработку всей воздушной программы экспедиции, получившей название «Дорога к Третьему Тысячелетию – Millennium Expedition». За общую логистику, вопросы жизнеобеспечения и согласование всех административных вопросов взялась «группа обеспечения», в которую вошли опытные члены Центра «Арктика», за плечами у которых уже было не менее десятка полярных экспедиций, в том числе автономный лыжный переход из России в Канаду через Северный полюс – Игорь Смилевец, Юрий Гольцев, Юрий Заруба, Владимир Петлах и ваш покорный слуга, автор этих строк.
О том, чего стоило нам, организаторам этого проекта, преодоление всех преград, встававших на пути, можно было бы написать целую книгу или, на худой конец, инструкцию по их преодолению. В той ситуации былинный Змей Горыныч, у которого вместо одной отрубленной головы вырастало три новых – сравнение наиболее подходящее.
 Но в том-то и заключается «загадочная закономерность» случайных событий, когда в критических ситуациях находятся решения самых безнадежных проблем. Главное – не терять уверенности, что из любого безвыходного положения выход всегда есть.
Сама судьба сводит нас с людьми, которые, отложив все свои дела, приняв наши идеи, как свои, с полной самоотдачей и энергией помогают нам, включаются в работу, словно судьба экспедиции – это дело их чести. Петр Иванович Реутов – генерал авиации в отставке, руководитель небольшой авиакомпании, убеждает самого Владимира Ивановича Андреева - в то время Директора Федеральной службы воздушного транспорта России, генерал-полковника, Заслуженного военного летчика СССР, дать «добро» на небывалый по тому времени полет.
О людях, которые взяли на себя ответственность за выполнение этого труднейшего авиаперелета, хочется сказать особо. Пожалуй, более опытного экипажа, чем наш, тогда в стране не было. Командиром экипажа был легендарный человек, заслуженный летчик-испытатель СССР, Герой России Игорь Рауфович Закиров.
 Ведь экипажу предстояло решить уникальную по сложности задачу - выполнить посадку тяжелого транспортного самолета Ил-76 на ледник Антарктиды в районе Патриот Хиллс "по подбору". А это значит без радиопривода, на неподготовленную площадку, опираясь лишь на свой огромный опыт, сверхъестественную интуицию и мой рассказ о том, как в 1995-ом здесь садился американский «Геркулес», когда наша команда прилетела сюда из Чили, чтобы идти на Южный полюс на лыжах. Так когда-то сажали Ан-2 в Арктике, но сейчас на лед предстояло посадить 140-тонную махину. Такого еще не знала ни Антарктида, ни история отечественной, да и зарубежной авиации.
Тогда, 10 лет назад, этим полетом для Ил-76 была "открыта дверь" в Антарктиду, на Патриот Хиллс, а с 2001 года такие рейсы стали выполняться практически регулярно, в первую очередь туркомпанией ANI, которая до этого использовала американский "Геркулес" C-130.
Не менее захватывающим было "боевое крещение", которое пришлось пройти организаторам Экспедиции в Росгидромете. В силу только что вступило Постановление Правительства РФ, регламентирующее деятельность в Антарктике, чего требовали условия Международного Договора. Ясного представления о том, как должны выглядеть и что должны содержать представляемые нами документы, не было не только у нас, но и у тех, кто должен был рассматривать эти документы и принимать решение. Лишь благодаря поддержке Президента Ассоциации российских полярников Артура Николаевича Чилингарова, удалось выйти из этой «патовой» ситуации. Высокая Межведомственная комиссия Росгидромета утвердила все наши многочисленные бумаги, и нами было получено ПЕРВОЕ в России "Разрешение на деятельность российских физических и юридических лиц в районе действия Договора об Антарктике" за № 001 от 17.12.1999 года! Решающая подпись на этой бумаге появилась за несколько часов до намеченного вылета из аэропорта Жуковского, как впрочем, и само решение ФСВТ России на полет в Антарктиду.
 Предвосхищая очевидный вопрос, на какие деньги проводилась эта экспедиция, надо сказать, что вышеупомянутый «Оргкомитет по встрече» решил в наш проект не ввязываться. Уж слишком он был необычным и выглядел абсолютно нереальным. Морально к такому результату контактов с официальными представителями этого Оргкомитета мы были готовы, так что все расходы по проведению экспедиции легли на плечи самих организаторов и участников. Парашютисты, пилоты тепловых воздушных шаров, туристы, журналисты, фото и видеооператоры – все внесли свою лепту в осуществление этой поистине международной неправительственной экспедиции. 88 участников из 18 стран на рубеже XX и XXI веков смогли стать одной командой, несмотря на все сложности и проблемы, не имеющие ничего общего с экстремальными антарктическими природными условиями.
О своем запрете на выполнение парашютных прыжков на Южный полюс американцы окончательно заявили, когда мы были уже в Чили. Трагедия, произошедшая двумя годами раньше с американскими парашютистами на Южном полюсе, где расположена американская научная станция «Амундсен-Скотт», была еще слишком свежа в памяти. Тогда из шестерых прыгнувших в живых остались лишь трое. Причиной тому явилось отсутствие необходимого опыта и недостатки в подготовке к выполнению прыжка.
Все наши московские планы и сценарии трещали по швам. Парашютисты, как основной состав участников экспедиции, должны были обязательно совершить прыжок в Антарктиде, но вместо Южного полюса мы могли провести десант только в районе Патриот Хиллс. Южный полюс, который для большинства парашютистов был основной, а то и единственной целью, становился недосягаемым. Некоторые, узнав об этом, отказались от дальнейшего участия в экспедиции еще в Чили, и, соответственно, требовали возвращения своих «членских взносов».
Складывающаяся ситуация серьезно осложняла наше положение. В итоге пришлось принимать непростое решение – обеспечить возможность побывать на Южном полюсе тем, для кого полюс был не только заветной точкой на Земле, но и одним из обязательств перед спонсорами, финансировавшими их участие в экспедиции. Сделать это можно было лишь совершив марш-бросок, общей протяженностью в несколько тысяч километров, на наших колесных вездеходах, изначально предназначавшихся для выполнения гораздо менее сложной задачи. Ведь по первоначальному плану вездеходная группа в количестве 8 машин с прицепами, практически налегке, должна была пройти маршрут от базового лагеря экспедиции до Южного полюса, поднявшись на 3-х километровую высоту над уровнем океана, и подготовить точки заправки топливом на обратный путь. После выполнения прыжка на Южный полюс эвакуацию парашютистов в базовый лагерь и предстояло выполнить на вездеходах, по уже проверенному пути, «под горку», через точки, в которых находился запас солярки.
Стоит ли долго объяснять, насколько усложнялась задача, возлагаемая на нашу «моторизованную группу». Решение, принятое нами вместе с нашими белорусскими друзьями-механиками, с которыми мы в Минске собирали свою антарктическую технику, успеха не гарантировало. Машины новые, необкатанные, грузоподъемность каждой не более 700 кг, а везти предстоит на каждой по 4-5 человек, продукты, снаряжение, топливо, запчасти, а кроме этого воздушные шары, баллоны с газом и массу неподдающегося учету личного снаряжения участников полюсного рейда. Перегрузка, в лучшем случае, двойная.
 Разрабатываем «генеральный план» будущего марш-броска. Вначале на четырех машинах идем на удаление 600 км от лагеря, оборудуем базу с запасом дизельного топлива, бензина и продовольствия. На обратном пути расставляем бочки с топливом, которым сможем воспользоваться при движении к полюсу во время основного перехода. Возвращаемся в лагерь на третий день. Машины ведут себя неплохо, но тревога не отпускает – ведь сейчас нагрузка вдвое меньше, чем предстоит впереди.
Наконец, 31 декабря 1999 года, наш Ил-76 вновь берет курс на Антарктиду. На борту парашютисты, воздухоплаватели, туристы, журналисты – все те, кто не участвовал в развертывании базового лагеря на Патриот Хиллс, а также остававшиеся в аэропорту Пунта-Аренаса 4 вездехода. После выгрузки очередной партии снаряжения и контейнеров с техникой, Ил-76 берет на борт парашютистов, принявших к этому моменту полный боевой вид. Почти все вооружены фотоаппаратурой, у половины ребят на шлемах установлены видеокамеры. Шуточное ли дело – первый в истории Антарктиды массовый парашютный прыжок!
 Рассказывать о парашютных прыжках бессмысленно. Это надо видеть и чувствовать, тем более, если это происходит в Антарктиде. Приземлились ребята успешно, с традиционным шумом и многоязычным гамом, а главное, очень вовремя. По московскому времени только что пробили куранты, извещая о наступлении 2000-го Нового Года. Вездеходы быстро доставили наших воздушных братьев к импровизированному столу, выпиленному прямо в плотном снегу перед выстроившимися в ряд яркими палатками, и началась незабываемая встреча Нового Тысячелетия. «Специалисты» никак не могут прийти к единому мнению, начинается ли тысячелетие с 2000 года или с 2001. Но нас это нисколько не смущало, и для нас оно наступило именно здесь и сейчас!
 На следующее утро – продолжение торжеств. Море флагов, полеты на воздушном шаре, бесконечные съемки, торжественное заложение капсулы с Обращением к будущим поколениям, которое подписывалось прямо здесь всеми участниками, зажжение символического Огня Мира от солнечных лучей. Это программа, которая была инициирована нашими друзьями и получила название «Перспективный Мир – Дорога нового тысячелетия».
По разному можно относиться к этим вещам, но видит Бог, когда на глазах у молодого японского парня Чикара Тобита от волнения появились слезы, когда он читал текст Обращения, каждому было понятно, что это искренне, и все, что сейчас происходит, станет своеобразной вехой в жизни каждого, о чем он вряд ли когда забудет и обязательно расскажет своим детям и внукам…
А 2 января началась наша вездеходная эпопея. Это не громкие слова. Иначе этот переход и не назовешь. Испытания, которые выпали на долю каждого из участников, механиков вездеходов, руководителей этого перехода, взявших на себя ответственность за его успех и безопасность 34 человек, отправившихся к Южному полюсу, вряд ли можно оценить, не представляя себе, что такое внутриконтинентальная Антарктида.
Опасения наши подтвердились. Машины шли на пределе, чудом выдерживая перегрузки. Поломки преследовали одна за другой. Сказывалась конструктивная ошибка, которая бы могла и не проявиться, работай техника в «штатном режиме». К середине маршрута стало очевидным, что в полном составе группа не сможет достичь Южного полюса. Запчасти (элементы колесного редуктора) таяли на глазах. Чтобы сохранить возможность движения приходилось жертвовать приводом на вторую пару ведущих колес.
Точкой возврата могла стать недавно устроенная нами подбаза в 500 км от полюса. Вечером третьего дня пути здесь, среди ледяной антарктической пустыни, наверняка тоже впервые в истории Антарктиды, состоялся откровенный жесткий разговор, участниками которого были представители Австрии, Беларуси, Испании, США, Франции, Южной Кореи, Японии и России. Решался вопрос – идти на Полюс либо возвращаться. Предложение было высказано сразу: разделиться на две группы. Первая на четырех максимально облегченных вездеходах, продолжает движение, а вторая остается в лагере и дожидается возвращения первой группы. К утру всем предлагалось высказать свое мнение, на основании чего должно было приниматься окончательное решение. В качестве принципиального примера пришлось привести ситуации из альпинистской практики, когда вся команда работает на штурмовую группу, которая в итоге достигает вершины и приносит успех всей команде и всей экспедиции.
Многие в ту ночь спать так и не ложились. Утром большинством было принято наше предложение – идти на Полюс. В числе «зимовщиков» осталось большинство из наших российских ребят, половина испанцев-воздухоплавателей, французский парашютист Марио Жервази, который прыгнул-таки с воздушного шара австрийского монгольфъера Ивана Трифонова над лагерем «Средний». Несколько человек решили не испытывать судьбу и тоже остлись в лагере. Чуть позже, с легкой руки наших ребят, это место уже получило новое название – «Чуклаг».
 7 января, на пятые сутки с момента нашего выхода с базового лагеря на Патриот Хиллс, группа из 14 человек на четырех вездеходах достигла Южного полюса. Встреча, устроенная американскими полярниками станции «Амундсен-Скотт», развеяла все наши сомнения относительно прохладного отношения к «гостям». Экскурсия по всем помещениям станции, которую проводил начальник станции вместе с постоянным представителем Госдепа США, долгие разговоры в кают-компании, под аккомпанемент шкаликов с 45-градусным «Отечеством», награждение какими-то дипломами и прочее – лучшее тому подтверждение.
 На следующий день – первый в истории Южного полюса подъем воздушного шара, установка русским священником-парашютистом из Новосибирска Отцом Виктором православного креста в точке полюса в честь 2000-летия Христианства, подъем флагов стран участниц экспедиции, флага Организации Объединенных Наций, Европейского Союза, многочисленные фото и видеосъемки на полюсе.
А потом – дружеские прощания, обмен адресами, телефонами, фотографиями на память и… начало дороги домой!
Невозможно себе представить радость, с которой встречали нас наши «зимовщики». У них тоже были запоминающиеся события, среди которых откровенный побег из лагеря отдельных «неверных» на «Твинн-Оттере» американской компании ANI, выполняющей туристические полеты на Южный полюс и совершившем посадку возле стоявших палаток. Но главное – это откровенно наша, российская реакция на этот поступок и его оценка испанскими ребятами, ожидающими возвращения своих друзей с Полюса.
Уже попрощавшись с Антарктидой, на борту Ил-76, держащего курс на Чили, один из пожилых американских участников экспедиции, поднимая тост за успешное завершение экспедиции, подвинулся чуть ближе и вполголоса добавил: «Мистер Чуков, вы, русские, какие-то удивительные люди. Если бы такую экспедицию делали мы, при первой же поломке вездехода мы бы остановились, вызвали спасательный рейс, добрались до дома и давно бы уже сидели за столом, рассказывая друзьям и детям о своем героизме…»
Ночью 22 января в Жуковском нас с нетерпением ждали самые родные и близкие, которые никогда не задают нам вопросов, зачем нам нужны эти экспедиции. А потом все мы тоже сидели за большим столом и пытались вспомнить те неповторимые мгновения, из которых и складывается жизнь.
|
